Консультативно-методический центр «Юристат»
Секция методики и методологии
правоприменения в уголовном судопроизводстве
Подведение
итогов 20-ти летней деятельности нашего КМЦ показало, что для тематических обсуждений
проблематики защиты по уголовным делам выдвигались, в основном, вопросы,
возникавшие по реальным уголовным делам о преступлениях в сфере экономики.
Объяснение этой
тенденции усматривалось в значительном размере денежных средств, находившихся в
активах бизнеса и подвергавшихся риску их утраты или обесценивания… Необходимо
отметить, что риски подобного характера, зачастую, исходили от правоохранительных
органов, масштабы коррупции в которых полностью не выяснены.
Отмечалось, что действия
следственных органов вызывали достаточно обоснованные сомнения в том, что
органы расследования выполняли возложенные на них задачи, а не осуществляли
заведомо незаконное вмешательство в предпринимательскую деятельность для
незаконного перераспределения имущественных долей в корпоративном бизнесе.
Затрагивались,
также, статьи Общей части УК РФ, повсеместно игнорируемые на этапах возбуждения
уголовных дел и окончательной квалификации расследуемых преступлений,
совершаемых в сфере предпринимательской деятельности, осложненных
корпоративными конфликтами и заведомо ложными доносами и показаниями друг на
друга бывших партнеров по бизнесу.
При формировании
плана тематических обсуждений в 2024 году мы решили возобновить обсуждение
вопросов, ранее предлагавшихся участниками нашего КМЦ ЮРИСТАТ, которых, к
сожалению, уже нет с нами, но, мы помним о каждом из них. И повторным
обсуждением тех же вопросов, мы отдаём дань памяти ушедшим коллегам, публикуя
обновленные тематические обсуждения, состоявшиеся в те времена, когда ещё отсутствовала
возможность их публичного размещения в интернет-пространстве. Тем более, что
спустя два десятилетия, схожие вопросы продолжают поступать от наших читателей,
подтверждая актуальность обсуждаемой проблематики и сохранение интереса
практикующих юристов к неоднозначным ситуациям, возникающим по уголовным делам
на протяжении двух десятилетий.
Для настоящей
публикации мы выбрали фрагменты обновленной тематической беседы с одним из
создателей нашего КМЦ ЮРИСТАТ –
Козловым
Александром Михайловичем, методистом по уголовным делам Коллегии
адвокатов «Александр Добровинский и партнёры», а также, бессменного руководителя
Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве нашего
КМЦ ЮРИСТАТ.
Обобщенный вопрос
для тематического обсуждения был задан в такой редакции - хорошо ли мы знаем
уголовный закон и чем отличается смысловое содержание фраз – «знать» уголовный закон
от «понимать» уголовный закон?
Ответы на эти
вопросы раскрывают правоприменительное толкование основополагающего понятия науки
уголовного права – «преступления» и его базовой криминообразующей
характеристики – «общественной опасности».
Итак, -
ВОПРОС:
Учебный курс
«Уголовное право» традиционно использует такие конструктивные понятия, как
формальные и материальные признаки преступления. В чём заключается их
принципиальное видовое различие при уяснении родового понятия «преступление»?
ОТВЕТ:
Действительно, в научной
литературе устоялось понимание дефиниции
«преступление» с позиций формально-юридической (или нормативной) и материальной
(сущностно-содержательной).
Формально-юридический
признак преступления выражен в ст.14
УК РФ,
как деяние, запрещенное уголовным
законом под угрозой уголовного наказания. В этой дефиниции
смысловой акцент ориентируется на нормативную запрещенность преступного деяния
в уголовном законе.
Юристам известна
фраза – «нет преступления, без указания на него в уголовном законе». Это
правило уголовно-правовой квалификации преступных деяний позволяет отграничивать
их от иных правонарушений, не влекущих уголовного наказания, предусмотренного
предписаниями статей Особенной части УК РФ.
Сказанное нельзя
смешивать с установленным в ч.2, ст.14 УК РФ
запретом применения уголовного закона к непреступным деяниям, формально
содержащим все признаки уголовно-наказуемого деяния, но, в связи с
малозначительностью (см. недостаточной выраженностью степени общественной
опасности), не признаваемого преступлением, согласно ч.1, ст.14 УК РФ и не
подлежащего уголовному наказанию.
Материальный подход основан на субъективно-оценочном
критерии вредоносности преступного деяния и негативной характеристике личности
исполнителя деяния, учитываемой в элементе «субъект преступления» в составе
преступления.
Действующий уголовный закон
сочетает оба этих подхода к уяснению нормативной дефиниции «преступление».
В науке
уголовного права и судебной практике превалирует единое понимание общественной
опасности, как определяющего признака любого преступления, предусмотренного в
статьях Особенности части УК РФ. Общественная опасность преступления, как
деяния, проявляется в способности посягать на охраняемые уголовным законом
объекты и причинять им вред или создавать реальную угрозу причинения такого
вреда (см. определение - быть вредоносными для объектов, охраняемых
уголовным законом).
И ещё один
важный момент, который необходимо учитывать. Вред, реально причиненный объекту
уголовно-правовой охраны в результате совершенного преступного посягательства,
традиционно относится к наступившим общественно-опасным последствиям, оценка которых
обязательна во всех материальных составах, в которых отсутствие факта
причинения вреда влечёт признание отсутствия материального состава
преступления. На описанной причинной взаимосвязи общественной опасности
преступления и наступивших в результате его совершения общественно-опасных
последствий основано уяснение юридической природы материального состава
преступления.
В отличие от
материальных, в формальных составах преступлений (см. в диспозициях статей
Особенной части УК РФ, предусматривающих формальный состав) не приводится описание
общественно-опасных последствий, как результата совершённого преступления. Однако,
этот законотворческой приём, реализуемый в конструировании описании таких
преступных деяний, не означает отсутствие причинения вреда объектам
уголовно-правовой охраны (т.е., охраняемым уголовным законом общественным отношениям),
что заведомо невозможно по нормативному смыслу понятия «преступление», которое всегда будет вредоносным. Иначе, если нет
вреда общественным отношениям, то, нет и преступления. В этом заключаются
многолетние споры ученых по вопросу формальных составов. Единым является
мнение, что само по себе преступление содержит много признаков (юридических
фактов), но, не все они влияют на уголовную ответственность и наказание.
Также, единым
мнением большинства ученых признаётся, что юридическим основанием уголовной
ответственности является наличие в совершенном деянии всех элементов состава
конкретного преступления, достаточных для квалификации этого деяния по той или
иной статье Особенной части УК РФ. Таким образом, понятие «преступления» более
широкое, чем понятие «состава преступления». Практикующим юристам необходимо
это понимать и не подменять признаки элементов состава преступления признаками
преступления, что логически означает необоснованное расширение предмета мысли
при уголовно-правовой квалификации деяний, признанных преступными
ВОПРОС:
И всё-таки, не
усматривается ли противоречие в том, что, не причиняя вреда общественным
отношениям, т.е., являясь безвредным, деяние признаётся уголовно-наказуемым?
ОТВЕТ:
Вопрос задан
некорректно и содержит ошибочное толкование понятия «формальный состав», как отрицающего
вредоносность преступного деяния, описываемого в уголовном законе через
«формальный состав».
Состав преступления необходим
для квалификации совершенного деяния, как уголовно-наказуемого. И в процедуре
его расследования на досудебной стадии устанавливается, а далее, в судебном
производстве подтверждается вредоносность этого деяния для регулируемых в правовой
системе РФ общественных отношений.
Любое преступное
деяние признаётся таковым, во-первых, в силу того, что оно предусмотрено
в конкретной статье Особенной части УК РФ, как запрещенное под угрозой уголовного наказания за его
совершение.
Во-вторых, хотя это прямо не указано в уголовном законе, формальные
составы тоже предусматривают совершение виновными лицами неправомерных действий
(бездействия), запрещенных не только в уголовном законе, но, также, в иных
нормативно-правовых актах (НПА), включенных в диспозиции статей Особенной части
УК РФ (называемых бланкетными). Например, ст.264 УК РФ предусматривает
уголовную ответственность за последствия, наступившие вследствие нарушения
водителями правил дорожного движения (ПДД). Для признания уголовной
противоправности такого деяния надлежит сначала установить факт нарушения
конкретных положений ПДД и причинную связь между этими нарушениями требований
ПДД и наступившими последствиями, указанными в частях статьи 264 УК РФ
(например, смерть потерпевшего).
Должностные
преступления, совершаемые только специальными субъектами – должностными лицами,
включают требования НПА, устанавливающих должностные функции виновного лица
(например, его властные полномочия, которые использованы в нарушение порядка
реализации этих властных полномочий, т.е., во вред интересам службы).
Уголовная
ответственность за должностные преступления наступает только в случае
наступления последствий, предусмотренных статьями Особенной части УК РФ,
устанавливающими уголовную ответственность за должностные преступления. Их
последствия вынесены за рамки основного состава и влекут более строгое
наказание (см. ч.2, ст.285 УК РФ), с учетом тяжести нарушения прав потерпевших.
Аналогично
сконструированы законодателем составы преступлений, предусматривающие уголовную
ответственность за нарушение особых требований техники безопасности. Если в
результате таких деяний наступают общественно-опасные последствия,
предусмотренные в статье Особенной части УК РФ, то, деяние будет
квалифицироваться с учётом этих последствий и уголовное наказание за
квалифицированный или особо квалифицированный состав деяния будет более
суровым.
В каждом таком
случае необходимо изучение описания преступного деяния, расследуемого по признакам
основного состава. По нашему мнению, не существует безвредных преступлений,
т.е., преступлений, не нарушающих установленный законом порядок поведения в
обществе (порядок общественных отношений). Мы учитываем, что при описании в
уголовном законе формальных составов преступлений, законодатель подразумевает,
но, не описывает вредные изменения в объектах уголовно-правовой охраны. Так, указанный
выше состав ст.264 УК РФ подразумевает нарушение установленного в ПДД порядка
движения транспортных средств (см. незаконное движение автомашины по встречной
для себя полосе движения). В судебной практике такие деяния рассматриваются,
как нарушающие два объекта уголовно-правовой охраны. В предъявленном обвинении
должны быть сформулированы квалифицирующие признаки не только двух этих
объектов, но, и деяний, совершенных виновным лицом при посягательстве на эти
объекты.
Ранее, мы обсуждали
разграничение общего, родового и видового (непосредственного) объектов, понятия
основного и факультативного (дополнительного) объекта, поэтому опускаем эти
вопросы.
… … …
В КМЦ ЮРИСТАТ поступил вопрос о
толковании признака общественной
опасности преступления,
предусмотренного ст.168 УК РФ. При этом, вопросы о преступном деянии,
предусмотренном в ст.168 УК РФ, ранее не рассматривались на наших методических
совещаниях.
В связи с чем, -
ВОПРОС:
Как можно прокомментировать признак общественной опасности в элементах
этого состава преступления?
ОТВЕТ:
Для уяснения предметного
содержания признаков состава ст.168 УК РФ,
выскажем ряд суждений,
выходящих за рамки типовых комментариев к статьям Особенной части УК РФ.
Статья 168 УК РФ
входит в группу преступлений, причиняющих вред имущественного характера
потерпевшему, но, не направленных на извлечение имущественных выгод для
виновного лица. Более того, лицо не имеет намерения причинить имущественный
вред собственнику и не совершает таких действий. Таким образом, это деяние не
затрагивает общественные отношения в нормативно регулируемой сфере
распределения материальных благ. Имущество (имущественные права) потерпевшего
не переходят к виновному лицу, в том числе, временно, как это предусмотрено в
ст.166 УК РФ (угон, т.е., неправомерное завладение транспортным средством без
цели его хищения, т.е., обращения в своё дальнейшее пользование).
Особенностью
диспозиции ст.168 УК РФ является характер деяния, когда виновное лицо неосторожно
обращается с огнём или иными источниками повышенной опасности, вследствие чего,
эти действия выходят из-под контроля (управления) виновного лица и начинается
развитие событий, которые виновное лицо не в состоянии остановить, но, при
должной осмотрительности и внимательности могло не допустить подобного (см.,
после прикуривания, виновный отбрасывает горящую спичку в сторону и она
попадает на горючий материал, который после попадания спички воспламеняется,
как это бывает с сеном, травой и пр.)
Тем самым,
неосторожное (небрежное) обращение с огнём либо другими источниками повышенной
опасности явилось причиной последующего неуправляемого (неконтролируемого) развития
событий, приведших к указанным в ст.168 УК РФ последствиям. Например, на
садовом участке друзья организовали пикник, но, не учли жаркой погоды и
близости местонахождения огня к легко воспламеняемым предметам.
В результате
временного оставления огня без присмотра (все пошли к речке искупнуться) искры
от костра попали на оставленную одежду, из-за чего возникло возгорание и по
сухой траве, огонь перекинулся на деревянный забор и соседний участок, хозяева
которого отсутствовали.
Мгновенно огонь
охватил деревянные постройки, тушение которых оказалось невозможным из-за
отсутствия средств тушения огня.
Вызванные машины
пожарной части прибыли только через 38 мин., но, в это время огонь охватил
обширную территорию, включая жилой дом на соседнем участке, что повлекло
уничтожение чужого имущества.
Не анализируя
соответствие времени прибытия пожарной машины с установленными для этого
нормативами, в действиях лиц, допустивших неосторожное обращение с огнём,
повлекшее уничтожение чужого имущества, содержатся признаки преступления,
предусмотренного в ст.168 УК РФ.
Юридическая
особенность данного преступления в том, что уголовный закон возлагает на
виновного обязанность осторожного, внимательного обращения с огнем и иными
источниками повышенной опасности и если эта обязанность забывается или, тем
более, игнорируется, то, за наступившие из-за этого последствия, суд может назначить
более суровое наказание. В качестве примера можем привести случай, когда огонь
был разведен на территории, перед въездом на которую было установлено
уведомление о запрете разведения костров. Этот запрет был нарушен виновными
лицами и на них суд возложил обязанность компенсировать в полном объёме вред,
причинённый пожаром на территории окружающего лесного массива.
