YURISTAT |
ПОТЕРПЕВШИХ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
подборка из материалов Семинаров и практических занятий
Мошенничество – наиболее распространенное посягательство на чужое имущество. Способы совершения мошенничества становятся всё более разнообразными и изощренными. При этом структура законодательной конструкции данного состава преступления остается неизменной для любых способов и средств осуществления данного деяния. Что позволяет нам обобщить все проявления мошенничества, как формы хищения, в рамках единой нормативной заданной конструкции.
Сегодня мы рассмотрим некоторые аспекты мошеннического обмана, совершаемого в сфере предпринимательской деятельности и в отношении субъектов, осуществляющих таковую деятельность.
Особенности уголовно-правовой квалификации таких преступлений проявляются в бланкетном характере некоторых разграничительных признаков элементов состава мошенничества, что порождает многочисленные правоприменительные ошибки со стороны органов расследования и судебных органов. Например, когда тривиальные гражданско-правовые деликты квалифицируются без достаточных к тому оснований, как мошенничество. Очевидно, что подобного рода ошибки связаны с игнорированием обязанности следственных и судебных органов детально выяснить все значимые юридические признаки общественных отношений (непосредственный объект посягательства), если возникли сомнения в надлежащем участии в этих правоотношениях кого-либо из их участников (субъектов деяния).
Юристы (адвокаты), участвующие в уголовном деле в качестве представителя потерпевшего, также недооценивают предписания уголовного закона при доказывании виновности обвиняемого. Кроме того, обвинение в мошенничестве часто требует обращения к другому отраслевому законодательству вследствие бланкетного характера признаков мошенничества, имеющих значение для его правильной квалификации, в том числе, отграничения от других смежных составов (см., например, 159 УК РФ и 176 УК РФ).
Чтобы уверенно ориентироваться в подлежащих применению законах, необходимо уяснить, какие законы подлежат применению к событию преступления и к лицу, его совершившему.
… … …
Отношения в сфере предпринимательской деятельности во многом регулируются гражданским правом, имеющим ряд принципиальных различий с уголовным законодательством, что также не всегда учитывается правоприменительными органами.
Близкими к мошенничеству являются недействительные сделки, совершенные под влиянием обмана, а также с целью, противной основам правопорядка и нравственности.
С одной стороны, обман (как признак противоправности), является разновидностью принуждения к совершению сделки, например, к отчуждению своего имущества или его временному заимствованию. При этом собственник может полагать, что отчуждение является возмездным, а передача имущества производится на определенный срок с его последующим возвратом. Но, виновный не имеет намерения возмещать стоимость имущества в полном объеме или, тем более, возвращать его в будущем. Такими преступлениями являются хищение кредитных денежных средств и незаконное получение кредита (эти составы на практике часто смешивают).
В случае с незаконным получением кредита, необходимо понимать, что данная сделка изначально совершалась с противоправными намерениями, поскольку заёмщик вводил кредитора в заблуждение. Если бы кредитору были предоставлены достоверные сведения о заёмщике, то, скорее всего, в выдаче кредита было бы отказано. Чтобы этого не произошло, заёмщик использует недостоверные по содержанию документы и предоставляет их кредитору с целью обмана последнего, чтобы была совершена сделка кредитования (займа). В такой ситуации в случае невозврата полученного займа (кредита) он подлежит взысканию в полном объеме, как изначально полученного обманным путем. Подлежит возмещению и ущерб, причиненный неправомерным использованием денежных средств.
В теории гражданского права такие сделки относятся к сделкам с пороками воли. Которые, в свою очередь, подразделяются на сделки, совершаемые без внутреннего желания на их совершение (под принуждением, а также в результате противоправных действий представителя стороны по сделке, действующего во вред доверителю), и сделки, совершаемые хотя и по желанию стороны, но, это желания сформировалось неправильно. В нашем случае – под влиянием обмана, искажающего существенные условия сделки (обеспеченность возврата кредита и пр.).
Такие сделки признаются недействительными вне зависимости от того, будут ли действия виновного лица квалифицированы как уголовно-наказуемые.
В этом кроется одна из широко распространенных ошибок, когда правоприменительные органы не выясняют обстоятельства умысла на совершение сделки, признанной недействительной.
Такая сделка (с пороком воли) могла быть признана судом недействительной либо ввиду порока воли, либо ввиду порока волеизъявления, что совершенно не одно и то же.
Если второе выражается во внешнем поведении (в подписании документов, в словах одобрения условий сделки), то, первое – скрыто в мыслях потерпевшего. Если эти мысли не выражены вовне, то, виновный может не знать их содержание. Что не исключает его заблуждение в характере происходящего.
Особенно, когда в этих отношениях принимают участие несколько субъектов, от которых зависит совершение спорной сделки и которые влияют на её совершение (например, это юристы, подготовившие для подписания документы на переход имущественного права).
Здесь необходимо затронуть и другой аспект. Вправе ли органы расследования возбуждать уголовное дело по факту гражданско-правовой сделки, а если уголовное дело возбуждено, то, обязаны ли они прекратить уголовное дело, если имеется судебное решение об отказе в признании недействительности этой сделки?
(считается, что ответ на этот вопрос содержится в ст.90 УПК РФ, но, это мнение ошибочно, так как данная уголовно-процессуальная норма регулирует доказывание оснований уголовной ответственности, а не фактологическое содержание гражданско-правовой сделки).
… … …
Уголовное законодательство не определяет понятия и термины гражданского права (имущество, право на имущество и др.), отсылая к его дефинициям в гражданском законодательстве.
Соответственно, гражданское законодательство не определяет и не устанавливает основания уголовной ответственности и порядок уголовно-процессуального доказывания.
Надо понимать, что, например, сделка по купле-продаже наркотиков может по своей форме полностью соответствовать требованиям гражданского законодательства. Но, ввиду установления уголовно-правового запрета на оборот наркотических средств, такая сделка признается недействительной (ничтожной) по признакам порока её содержания.
Аналогичный подход должен применяться и в случае сделки, например, с имуществом, полученным в результате совершения преступления. Хотя в отличие от первого примера, преступный характер происхождения имущества может быть неизвестным суду, принимающему решение о действительности сделки с имуществом или по иску об оспаривании права собственности на это имущество.
В случае установления факта преступного происхождения спорного имущества, как предмета сделки, это обстоятельство повлечет пересмотр состоявшихся решений по гражданским делам ввиду вновь открывшихся обстоятельств (ст.392 ГПК РФ). Но, для этого преступное происхождение спорного имущества должно быть подтверждено приговором, вступившим в законную силу. Что не препятствует органам расследования в наложении ареста на такое имущество в соответствии со ст.115 УПК РФ.
Возможна и обратная ситуация, когда органы следствия ошибочно пытаются наложить арест на имущество, полагая его преступное происхождение установленным, но, суд отклоняет ходатайство следователя. Исходя из практики, такие ходатайства следователя рассматриваются формально и суды не вдаются в проверку правомерности действий следователя, принимая решение о наложении ареста на имущество на основе одного лишь ходатайства следователя. В этом случае собственники имущества или иные владельцы, узнав о таком судебном решении, могут через обжалование этого судебного постановления признать арест имущества незаконным или необоснованным и освободить своё имущество из-под ареста. Отметим, что эти судебные процедуры достаточно сложные и требуют участия профессионального юриста, как со стороны потерпевшего (прокурор не всегда эффективен), так и со стороны обвиняемого.
… … …
Разграничение правоотношений в предпринимательской сфере от уголовных и уголовно-процессуальных правоотношений производится по их объектам и предметам регулирования.
Изучение материалов следственной и судебной практики показывает, что участники уголовного дела не учитывают и не используют то обстоятельство, что возникновение уголовно-правовых отношений не пересекается с гражданско-правовыми отношениями, поскольку первые возникают между государством в лице правоохранительных органов и лицом, совершившим преступление (подозреваемым, обвиняемым в его совершении). В то время как вторые существуют (существовали, возникали или должны были существовать, возникать) между виновным и потерпевшим (пострадавшим). Поэтому последние регулируются и проистекают в иной правовой процедуре, а их субъекты не обладают властными полномочиями по отношению друг к другу и не наделены правомочием по применению закона (вынесением по делу и в отношении друг друга правоприменительных решений).
Суды, принимающие решения о гражданско-правовых отношениях, не связаны выводами органов расследования по поводу правовых отношений, регулируемых гражданским правом.
С другой стороны, при разрешении гражданско-правового деликта, суд не вправе вдаваться в вопросы, отнесенные к компетенции органов предварительного расследования.
Сказанное имеет существенное значение для уголовных дел, поскольку правомерное поведение участника сделки, исключает для него уголовную ответственность даже в случае причинения вреда другому (другим) участнику этой сделки.
… … …
Следующее, о чем необходимо сказать, это проблема уголовно-правовых признаков мошенничества и их отграничение от признаков спорного гражданско-правового отношения.
((полный текст имеется в КМЦ «ЮРИСТАТ»))
Материалы подборки предоставил руководитель занятий –
методист по уголовным делам,
Руководитель Секции методики и методологии правоприменения
в уголовном судопроизводстве
Консультативно-методического (учебного) Центра «ЮРИСТАТ»
КОЗЛОВ АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ
((подборку составил А.Риман))
