суббота, 14 ноября 2026 г.

О кассационном обжаловании обвинительного приговора

 

Поговорим о кассационном обжаловании обвинительного приговора

На вопросы редакторов тематических Блогов системы «YURISTAT BLOG» отвечает методист по уголовным делам, руководитель Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве Консультативно-методического (учебного) Центра YURISTAT (ЮРИСТАТ) Александр Михайлович Козлов.

((Беседа печатается в редакторском сокращении с согласия автора))

Почему мы вновь вернулись к обсуждению известной проблемы эффективности или неэффективности обжалования обвинительного приговора?!

Полагаем, каждый год этим вопросом задаются новые осужденные, а их, по статистике, более полумиллиона человек, дополнительно к тем, кто получает ещё один обвинительный приговор, пополняя численность рецидивной преступности.

При известной статистике - соотношении почти 99,7-99,8% обвинительных приговоров к общему числу рассмотренных судами уголовных дел (100%), возникает естественный вопрос – ПОЧЕМУ ЭТО ТАК?! Только несведущий человек может заявить, что следственные органы расследуют уголовные дела со 100% -й эффективностью… Достаточно ознакомиться с материалами уголовных дел, по которым обжалование приговора доведено до суда кассационной инстанции, чтобы убедиться в спорности утверждений о подобном качестве деятельности органов расследования на досудебной стадии производства по уголовному делу.

Соответственно, в суды первой инстанции направляются уголовные дела с явными дефектами производства по уголовным делам самого разного характера. Однако, суды первой инстанции, в большинстве случаев, используя своё положение, не только не реагируют даже на очевидные процессуальные нарушения, но, и сами судьи активно «манипулируют» судебной процедурой.

 Одновременно, ради объективности, отметим, что в судах фиксируется недостаточная подготовленность защитников по уголовным делам даже к обязательному реагированию на факты противодействия судей и государственных обвинителей выявлению и устранению нарушений закона, допущенных органами следствия при расследовании уголовных дел на досудебной стадии уголовного судопроизводства. Это является одним из условий некачественного правосудия, если можно так охарактеризовать «имитацию» правосудия по многим уголовным делам, не только в судах первой, но, и в судах второй (апелляционной) инстанций.

Если же обратиться к кассационным основаниям отмены или изменения тех обвинительных приговоров, которые вступили в законную силу после апелляции, то выясняется, что наиболее распространенными доводами кассационных жалоб являются те, которыми оспариваются оценочные признаки в обвинительных приговорах. Такие, как «соответствие выводов суда исследованным материалам уголовного дела», «правильное применение материального или процессуального уголовного закона», «справедливость назначенного наказания» и т.д., что требует тщательного изучения фактических обстоятельств уголовного дела, которым в приговоре должна быть дана правовая оценка, сформулированная не словами-декларациями (что наблюдается по многим апелляционным определениям), а на основе личного убеждения и совести судьи (ст.17 УПК РФ), как должно быть при осуществлении правосудия. Именно этот критерий правосудия оспаривается в судах апелляционной инстанции. Но, доводы апелляционных жалоб отвергаются известными формальными идиомами государственных обвинителей – «всё законно и обоснованно. Доводы защиты не нашли своего подтверждения» …

Однако, подобное уклонение от рассмотрения по существу доводов защиты необходимо рассматривать, как существенное нарушение закона судом второй (апелляционной) инстанции, предназначение которого заключается в том, чтобы ни один незаконный или необоснованный приговор не вступил в законную силу!

И, какими бы ни были доводы апелляционных жалоб, в апелляционном определении должен быть указан апелляционный довод и его юридическая оценка, во-первых, как правильного или неправильного. И, во-вторых, если неправильного, то, существенного или несущественного для выводов в решении суда апелляционной инстанции по результатам проверки обжалуемого приговора. В противном случае, иное апелляционное определение не может быть признано соответствующим п.п.5-7, части 3, статьи 389.28 УПК РФ. И это является основанием для отмены такого апелляционного определения, либо как незаконного и/или как необоснованного. В таком случае, материалы уголовного дела могут быть направлены на новое рассмотрение в апелляционном порядке в ином составе судей. Либо, если отменен, также, и приговор, то, кассационная инстанция направляет уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции или, при выявлении наличия признаков статьи 237 УПК РФ, уголовное дело подлежит возвращению прокурору. Это была бы наиболее действенная мера для повышения качества работы прокуратуры и следственных органов.

В последующем движении уголовного дела, при продолжении обжалования в вышестоящих судебных инстанциях обвинительного приговора, приговор может быть пересмотрен (изменен и даже отменен) на основании иного убеждения вышестоящих судей и, таким образом, нормативное построение по судебным стадиям уголовного судопроизводства позволяет легитимизировать процедуру последовательного пересмотра (при наличии оснований) обжалуемого в части или полностью приговора, посредством смены судей, принимающих судебные решения по одному уголовному делу разными процессуально независимыми правоприменительными судебными органами, уполномоченными отменять или изменять судебные решения, вынесенные нижестоящими судами, что, по замыслу законодателя позволит обеспечить надежность правосудия и гарантировать соблюдение критериев проверяемости, предсказуемости и единообразия судебных актов по уголовным делам. В связи со сказанным, возникает вопрос – КАКОЕ ЖЕ КОЛИЧЕСТВО СУБЪЕКТОВ ДОКАЗЫВАНИЯ должно в окончательном виде прийти к общим, одним и тем же выводам об обстоятельствах уголовного дела, в том числе, о виновности или невиновности лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, сформулировав окончательное обоснование правильности окончательных выводов по уголовному делу. Только после вступления приговора в законную силу (т.е., после окончательного решения суда апелляционной инстанции, в том числе, в случае повторного рассмотрения дела в апелляции) начинается стадия исполнения вступившего в законную силу судебного акта, имеющего обязательную силу для всех физических и юридических лиц, как подлежащего исполнению, вступившего в законную силу судебного акта, его признания истинным и подлежащим применению в порядке преюдиции (ст.90 УПК РФ) по другим судебным делам.

Другими словами, в теории уголовного процесса признаётся, что презумпция истинности приговора начинает действовать, когда опровергнута версия защиты, оспаривающая законность и обоснованность приговора суда первой инстанции.

 При этом, в случае обжалования, законодатель не ограничивает число судебных стадий уголовного процесса и его процедур, включая повторное рассмотрение уголовного дела нижестоящим судом первой инстанции, после отмены вышестоящей судебной инстанцией первоначально постановленного приговора (по уголовному делу могут быть постановлены несколько приговоров и вынесены несколько апелляционных и кассационных определений, упраздняющих предыдущие судебные акты и направленные на исправление судебных ошибок, если таковые были выявлены в судебно-проверочном производстве.

Резюмируя вышесказанное, имеем достаточные основания утверждать, что основополагающим критерием доброкачественности окончательного судебного решения по уголовному делу выступает соблюдение установленной уголовно-процессуальным законом нормативной процедуры уголовного судопроизводства. Этот критерий не только в значительной степени формализован, но, тем самым, объективно менее всего зависит от субъекта, на которого возложена функция осуществления правосудия по уголовному делу органом судебной власти от имени государства. Таким образом, юридическая природа судебного акта выполняет подчинённую роль по отношению к соответствию рассмотрения уголовного дела установленной законом процедуре судопроизводства, облеченной в законом установленную уголовно-процессуальную форму.

… … … (вступительный материал приводится в редакторском сокращении) …

И, завершая наш обзорный комментарий, публикуем ответы на наши вопросы Александра Михайловича Козлова – методиста по уголовным делам, руководителя Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве Консультативно-методического (учебного) Центра ЮРИСТАТ, -

ВОПРОС:

Существует ли некий рецепт, позволяющий подготовить жалобу на приговор, вступивший в законную силу, чтобы этот приговор был отменен по доводам этой жалобы?

ОТВЕТ:

Нет. Такого рецепта нет и не может быть. Вы повторяете ошибку, распространенную в юридической литературе, что якобы достаточно обучить адвоката, чтобы он смог составлять жалобы, доводы которых позволят отменить любой обвинительный приговор. На самом деле, утверждение о том, что может быть отменён каждый обвинительный приговор, изначально содержит логическую ошибку, известную, как подмена основания. Ведь если приговор постановлен правильно, он проверен судом апелляционной инстанции и вступил в законную силу, то, такой приговор невозможно отменить. И, вообще, отмена приговора означает, что при постановлении приговора допущено явное нарушение уголовного закона (материального или процессуального) и такое нарушение создало неустранимое препятствие в признании обжалуемого приговора законным и обоснованным. Нельзя отменить законное решение, равно, как нельзя признать незаконными законные действия. Это суть правовой основы правосудия!

ВОПРОС:

Сформулируем вопрос по-другому – означает ли сказанное, что вступивший в законную силу приговор, не подлежит обжалованию и не может быть отменён?

ОТВЕТ:

Нет. Правовая природа правосудия предполагает, что, вступивший в законную силу приговор правосуден (независимо от того, был ли приговор обжалован), т.е., вступивший в законную силу приговор является законным, обоснованным и справедливым. Но, если при постановлении приговора допущено не просто нарушение, а именно, существенное нарушение порядка производства по уголовному делу, то, вышестоящий суд принимает решение о достаточности ли этих фактов нарушения закона для пересмотра или изменения приговора.

Эта гарантия доступа к обжалованию каждого неправосудного приговора и его отмены или изменения, при наличии к тому законных оснований, обеспечивает конституционное право на судебную защиту, в т.ч., защиту от неправосудного приговора. Каждый неправосудный приговор должен быть пересмотрен, а каждая ошибка при отправлении правосудия должны быть исправлена.

ВОПРОС:

Если кратко, что Вы можете порекомендовать авторам кассационных жалоб, оспаривающим вступившие в законную силу обвинительные приговоры?

ОТВЕТ:

Ответ на этот вопрос требует времени. Если же кратко, то, необходимо в каждом уголовном деле уяснить главные юридические факты. И приговор, и жалоба на приговор должны быть основаны на фактах и обоснованном мнении об этих фактах в приговоре и/или в жалобе на приговор. При постановлении приговора судья (суд) формулирует свои выводы о виновности или невиновности подсудимого на основании юридических фактов, установленных в судебном разбирательстве.

Только юридическая оценка всей совокупности установленных в судебном разбирательстве судебных доказательств, как сведений о фактах (фактических обстоятельствах), может быть положена в обоснование окончательных выводов суда в отношении утверждений следователя в обвинительном заключении. Соответственно, в жалобе должны быть приведены доводы о невыполнении судом при постановлении приговора требований уголовно-процессуального закона, регламентирующих содержание вводной, описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора, а также, их соответствие протоколу судебного заседания. Последнее крайне важно, поскольку изучение кассационных жалоб вызывает вопросы именно к тексту протокола судебного заседания (в части фиксации судебного разбирательства, как действий суда и сторон). Но, ссылки на протокол судебного заседания в кассационной жалобе отсутствуют. Ещё хуже, когда доводы кассационной жалобы не подтверждаются протоколом судебного заседания, а замечания на протокол судебного заседания не были поданы в установленном уголовно-процессуальным законом порядке.

Подобная рассогласованность позиции защиты недопустима и чревата отклонением доводов кассационной жалобы, как несоответствующих протоколу судебного заседания. Другой вариант – суды отвергают доводы защиты формальным утверждением, что доводы защиты якобы не подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами (материалами уголовного дела, которые, достаточно часто, не всегда отвечают критериям доказательств по уголовному делу). И так далее, полагаем, наши читатели знакомы с подобными ситуациями непосредственно или знают об этом от других граждан.

…  …  … (беседа с Александром Козловым приведена в сокращении) …

ВОПРОС:

И, всё-таки, нас просят опубликовать Ваше мнение о перспективах обжалования в кассационном порядке обвинительного приговора, постановленного в общем порядке уголовного судопроизводства, вступившего в законную силу после его апелляционного обжалования … Как Вы считаете, имеет ли смысл осужденному тратить своё время и финансовые средства на противостояние с судебной системой по оспариванию приговора с непредсказуемым результатом такого обжалования?

ОТВЕТ:

Обычно, подобные вопросы возникают у граждан, не имеющих юридического образования. В нашем Центре разработана тематика специального занятия для граждан с разъяснениями всех возникающих по этой процедуре вопросов.

Отвечу на Ваш вопрос применительно не к конкретному уголовному делу, по которому необходимо вникать в специфику дела и понимать интересы сторон, а говоря в целом о кассационном обжаловании обвинительного приговора по уголовному делу, с которым осужденный не соглашается и желает его обжаловать. Таким образом, мы анализируем интересы позиции защиты в уголовном деле.

При этом, если вопрос не ограничивается «хотелками» осужденного и/или его родственников либо, зачастую, юристов, зарабатывающих на этих пожеланиях людей, попавших под уголовное преследование, а требует серьёзного подхода, то, выскажу личное отношение к данной проблематике. Ваше право соглашаться с моим личным мнением или не соглашаться, и действовать по-своему.

Во-первых, да, как мы сказали, не каждый приговор имеет смысл обжаловать. Лишено смысла обжаловать то, что по разным причинам (это предмет отдельного разговора), не подлежит обжалованию. К сожалению, по большинству приговоров, этот вопрос имеет решающее значение. Вот, обратите внимание, когда юрист принимает на себя обязанность подготовить кассационную жалобу (мы сейчас говорим об этом), он, как правило, не оговаривает личную ответственность за негативный результат кассационного обжалования (например, в случае отказа в удовлетворении кассационной жалобы, юрист хотя бы частично возвращает оплату своих услуг, не давших желаемого результата. Как правило, это предоплата, а не постоплата, что надлежит оговаривать при заключении договора с юристом на подготовку и подачу кассационной жалобы). По моему личному мнению, иное несправедливо по отношению к осужденному, который, в случае отказа в удовлетворении кассационной жалобы (особенно, в порядке сплошной кассации), лишается этого этапа кассационного обжалования (здесь можно рассуждать о «повторной» кассационной жалобе в порядке выборочной кассации, если только такая жалоба содержит иные доводы о незаконности, необоснованности или несправедливости приговора и эти доводы не проверялись и не получили ответа ранее нижестоящими судами, что позволяет подать кассационную жалобу в тот же суд кассационной инстанции и это не подпадает под запрет повторной жалобы по смыслу статьи 401.17 УПК РФ).

… … …

Второе, что необходимо понимать, содержит ли приговор несоответствие, по смыслу требований статей 307-309 УПК РФ, устанавливающих нормативные требования и к процедуре составления приговора, и к содержанию его вводной, описательно-мотивировочной и резолютивной частей, что является предметом кассационного обжалования в вышестоящем суде кассационной инстанции. Если при постановлении приговора судом не соблюдены требования статей 307-309 УПК РФ, то, приговор не может быть признан соответствующим УПК РФ и подлежит отмене или изменению в кассационном порядке. При этом, автору кассационной жалобы необходимо руководствоваться разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.16 г, №55 «О судебном приговоре».

… … …

В-третьих, выводы суда в обжалуемом приговоре, должны соответствовать по правилам логического следования юридическому содержанию и смыслу тех якобы доказательств, которые были исследованы и закреплены (нашли своё подтверждение) в судебном разбирательстве. В этом проявляется профессионализм юриста, формирующего систему доводов кассационной жалобы.

Поэтому, желательно, чтобы кассационную жалобу готовил тот защитник, который осуществлял защиту в суде первой инстанции, так как, именно на него ложится обязанность выявить доводы защиты в материалах уголовного дела (если этого не было сделано на стадии досудебного производства по уголовному делу, учитывая, что некоторые защитники избирают тактику оставлять допущенные следователем нарушения законности на стадию судебного разбирательства после направления материалов уголовного дела в суд первой инстанции. Хотя такая позиция защиты не бесспорна и подвергается обоснованной критике).

… … …

Таким образом, прежде чем подавать кассационную жалобу на обвинительный приговор, вступивший в законную силу, необходимо убедиться в том, что у защиты имеются юридические и/или фактические основания для обращения с жалобой в соответствующий суд кассационной инстанции. Именно, предварительная оценка наличия или отсутствия таких оснований предопределяет правильное решение о необходимости подготовки кассационной жалобы или отсутствии таких оснований (доводов).

Юристы (адвокаты) нашего Консультативно-методического (учебного) Центра ЮРИСТАТ (YURISTAT) оказывают юридическую помощь по рецензированию таких кассационных жалоб по вопросу наличия в них описания кассационных доводов, влекущих отмену или изменение обжалуемого приговора и апелляционного определения (а также, состоявшегося решения кассационного суда первого уровня (КСОЮ). Запросы на получение услуги, информации об условиях взаимодействия и оплате направлять по электронной почте:

yuristat.center@yandex.ru 

yuristat.center@gmail.com

 

 

понедельник, 12 октября 2026 г.

Нуждаются ли студенты юридических ВУЗОВ в помощи репетиторов по уголовному праву и процессу

 

Нуждаются ли студенты юридических ВУЗОВ

в помощи репетиторов по уголовному праву и процессу

На вопросы редакторов тематических Блогов системы «YURISTAT BLOG» отвечает методист по уголовным делам, руководитель Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве Консультативно-методического (учебного) Центра ЮРИСТАТ (YURISTAT) Александр Михайлович Козлов.

((Беседа печатается в редакторском сокращении с согласия автора))

Высшие учебные заведения РФ (ВУЗЫ) традиционно осуществляют подготовку будущих профессиональных юристов, многие из которых планируют получение статуса адвоката. Напомним, что в соответствии с действующим законодательством об адвокатуре и уголовно-процессуальным кодексом РФ, юридическую помощь по уголовным делам на стадии их предварительного (досудебного) расследования могут оказывать только юристы, получившие статус адвоката. После направления уголовного дела в суд первой инстанции и в судебном производстве по уголовному делу вторым защитником (наряду с профессиональным защитником – адвокатом) может быть допущено, также, иное лицо, не являющееся адвокатом. Однако, не всегда и не каждый судья допускает такого второго защитника для осуществления защиты по уголовному делу, производство по которому осуществляется в судах первой и последующих судебных инстанциях. Соответственно, на практике возникают вопросы о том, необходимо ли дополнительно готовить юристов, не являющихся адвокатами, к осуществлению защиты по уголовным делам, которые рассматриваются по существу в суде первой инстанции и по которым обжалуется приговор в апелляционном или кассационном порядке. С учётом складывающихся реалий судебной практики, если выбирать определенный ответ - «да» или «нет», нам приходится ответить «да», базовой юридической подготовки, зачастую, далёкой от реального судебного правоприменения, оказывается недостаточно, для эффективной (действенной) юридической помощи в уголовном деле.

… … …

Какую помощь может оказать репетитор по уголовному процессу?

Для ответа на этот вопрос, начнём с предыстории нормативного регулирования участия защитника при производстве по уголовному делу (по УПК РФ 2001 года).

Мы уже обозначили в заглавии нашей публикации, что для осуществления защиты по уголовному делу, отвечающей требованию «эффективности», как её надлежащему качеству, ожидаемому подзащитным (например, подсудимым) и его родственниками, потенциальному защитнику необходимы глубокие познания не только в предмете уголовного процесса, но, и в предмете материального уголовного права, положения которого реализуются при производстве по уголовному делу (в уголовном судопроизводстве). Такие знания невозможно даже позиционировать не только в отсутствие юридического образования, но, и без соответствующего практического применения этих юридических знаний.

Такую помощь, безусловно, будет способен оказать лишь тот защитник (не адвокат), который имеет базовое юридическое образование. Например, на простой вопрос об отличии состава преступления, предусмотренного в ч.ч.1-4, ст.159 УК РФ от состава преступления, предусмотренного в ч.ч.5-7, ст.159 УК РФ, обычный человек, не имеющий юридического образования, в лучшем случае, ответит, что это разновидности мошенничества. Однако, позиция защиты по обвинению в совершении «обычного» мошенничества (его первая разновидность) более, чем только по названию, отличается от позиции защиты по обвинению в совершении мошенничества в сфере предпринимательской деятельности при неисполнении договорных обязательств (вторая разновидность мошенничества). Более того, во втором случае, необходимы достаточные познания в договорных правоотношениях. Профессиональные защитники в таких случаях говорят о «бланкетной» диспозиции уголовно-правовой нормы уголовного закона. Соответственно, характер нормы уголовного закона диктует своеобразие подготовки и реализации позиции защиты на стадии предварительного расследования (где защиту может осуществлять только адвокат) и в последующих судебных стадиях производства по уголовному делу (где, наряду с адвокатом, участие которого обязательно, вторым защитником может быть допущено и лицо, не являющееся адвокатом).

…  …  … 

Мы исходим из правовой концепции, что даже адвокату, в отношении которого возбуждено и расследуется уголовное дело, необходим защитник (лучше, не один, поскольку в ч.1, ст.50 УПК РФ, обвиняемому гарантируется право пригласить для своей защиты по уголовному делу несколько защитников). Конечно, в таком деле могут возникнуть разногласия защитников между собой или с подзащитным, но, профессиональные юристы обязаны, во-первых, не допускать таких разногласий. Во-вторых, профессиональный юрист (тем более, защитник в уголовном деле) обязан находить возможности урегулировать любой внутренний конфликт между юристами, участвующими в юридическом деле на одной стороне. В принципе, это относится и для случаев коллизионной защиты, когда по уголовному делу привлекаются несколько обвиняемых, у которых разные защитники, и обвинение предъявлено в совершении одного или нескольких преступлений, совместно или с распределением ролей, а позиции защиты обвиняемых или их защитников могут не совпадать и возникает необходимость в устранении каких-либо разногласий.

…  …  …

Нам встречались материалы уголовных дел (по которым мы консультировали обвиняемых, не находящихся под стражей, а также, осужденных, заинтересованных в обжаловании нежелательного приговора либо их родственников, знакомых), по которым защитник на досудебной стадии производства по уголовному делу не смог, по разным причинам, добиться осуществления пожеланий обвиняемого (не редко, невыполнимых, но, обещанных защитником результатов, что нельзя делать). Чаще, к нам обращаются за помощью в обжаловании обвинительного приговора, когда осужденные или их родственники отказываются от услуг предыдущего защитника, участвовавшего на предварительном расследовании уголовного дела и/или его рассмотрения в суде первой и/или апелляционной инстанции. Многие из таких уголовных дела содержат не просто недоработки, но, серьёзные провалы (дефекты) защиты, как при планировании, так и при реализации планов защиты.

Зная об этом, мы разработали тематику методических занятий с гражданами, не имеющими, а, также, имеющими юридическое образование, в том числе, для студентов юридических ВУЗОВ, будущих профессиональных юристов, возможно, планирующих получить статус адвоката. Эти занятия ориентированы на помощь желающим приобрести хотя бы первичные знания о том, что такое уголовное судопроизводство, чтобы, во-первых, эти знания в последующим расширить и, во-вторых, эти знания применить, если потребуется, хотя бы, с минимальной для себя пользой. И вторая, более углублённая по своему познавательному содержанию и полностью ориентированная на практику тематика методических и практических занятий предназначена, как раз, для репетиторских занятий со студентами, будущими юристами, или только-только получившими дипломы юриста. На этих занятиях мы используем обучающие и развивающие методики развития умений и навыков, необходимых для осуществления своей защиты от уголовного преследования, а также, оказания помощи, например, не чисто юридической, а психологической гражданам, не по своей воле, вовлеченными в уголовное судопроизводство.

Так, крайне востребованными оказались темы методических занятий:

- Как найти адвоката (защитника) для участия в уголовном деле?

- Как контролировать работу приглашенного адвоката?

- Как обжаловать действия адвоката, если возникнет такая необходимость?

Неожиданно для нас, заинтересованность в этих занятиях проявили, прежде всего, граждане, чьи родственники и знакомые были привлечены или ранее привлекались к уголовной ответственности.

Для студентов юридического направления подбиралась тематика на основе предварительного изучения вузовских программ, их соответствия классическим учебным программам, разработанным профильными комитетами Министерства высшего и среднего образования на основе действующего законодательства, т.е., с учётом актуальной нормативной базы и обзоров судебной практики.

Помнится, пришлось специально включать в тематику методических занятий такие вопросы, как – применение конституционных принципов при производстве по уголовному делу; унификация и дифференциация уголовного процесса; виды ходатайств и жалоб в уголовном деле; уголовно-процессуальные функции и др., поскольку, эти вопросы поверхностно преподавались в ВУЗЕ (и даже, вообще не затрагивались в учебном процессе, что странно).

…  …  …

Начиная со второй половины текущего 2026 года мы предлагаем желающим получить нашу юридическую помощь, как репетиторов по уголовному праву и процессу, направлять нам тематику интересующих Вас занятий. Стоимость занятий определяется по предварительному согласованию сторон и, при необходимости, посредством обсуждения дальнейших взаимоотношений по телефону (контакты сообщим в переписке по электронной почте).

… …  …

Для получения консультативных рекомендаций и практической помощи

при подготовке ходатайств и жалоб по уголовным делам и рецензировании (редактировании) имеющихся процессуальных документов по конкретным уголовным делам, направлять предварительные запросы по электронной почте:

yuristat.center@yandex.ru 

yuristat.center@gmail.com

 

понедельник, 5 октября 2026 г.

Что предпочтительнее - давать правдивые показания на допросе или препятствовать следователю?!

                Соотношение правомерного поведения и обязанности граждан

давать правдивые показания при допросе у следователя

В последние годы в обыденном понимании правопорядка, сводимого к обязанности граждан по обеспечению своего правомерного поведения не только в обществе (как в публичной сфере), но, и в частной жизни, наблюдался явный отход от идеи восприятия смысла правомерного поведения в его конституционно-правовом истолковании, как основополагающего принципа демократического общества. При этом, из школьного курса обществоведения мы знаем, что такое анархия, как беспорядок, как антагонизм упорядоченному общественному устройству. Этот хаос мы уже проходили в нашей новейшей истории.

Так, поведение личности, даже очевидно отклоняющееся от нормативного регулирования, не влечёт порицания со стороны окружающих. Достаточно обратить внимание на разговоры между собой молодежи, включая учащихся средней школы, то, несложно заметить, что словарный запас молодых людей (к сожалению, девушки не исключение) изобилует неприличными по смыслу нецензурными выражениями. А на такие «мелочи», как несоблюдение правил поведения в общественном транспорте, на улице, большинство людей вообще не обращают внимания, воспринимая полное отсутствие у наших граждан элементарного поведенческого этикета, как уже само собой разумеющееся для нашего времени. Соответственно, все эти дефекты воспитания неисправимым образом привели к деградации конституционных основ общественного правопорядка, включая сферу уголовного судопроизводства. Эта проблематика нас крайне заинтересовала, и мы решили посвятить две-три публикации этим вопросам.

В первой на наши вопросы ответил методист по уголовным делам, руководитель Секции методики и методологии правоприменения в уголовном процессе Консультативно-методического (учебного) Центра «ЮРИСТАТ» (YURISTAT) Козлов Александр Михайлович.

Профессиональные юристы во время получения ими высшего юридического образования изучают юридическую психологию, даже базовые познания по предмету которой позволяют более глубоко уяснить методологическую связь юридических и психологических аспектов поведенческой мотивации личности, обусловленной воспитанием и особенностями условий внешнего социума.

В уголовном судопроизводстве необходимо разграничивать такие понятия, как правомерное и неправомерное поведение, оцениваемые в сопоставлении соблюдения взаимных прав и обязанностей между простыми гражданами, с одной стороны, а, с другой, - гражданами, как должностными лицами, реализующими функции государственных органов, ведущих производство по уголовному делу, наделенных специальными властными полномочиями для применения, в случае необходимости, мер процессуального принуждения к тем, кто позволяет себе игнорировать и нарушать установленный правопорядок.

… … … … …

Так, следователь, обязанный познать (установить) все юридически значимые фактические обстоятельства уголовного дела (в установленной законом процедуре производства по которому органы расследования обязаны раскрыть каждое совершенное, совершаемое или подготавливаемое к совершению преступление), определяет круг граждан, которым могут быть известны эти фактические обстоятельства или которые прямо или косвенно причастны к совершению расследуемого преступления, в отношении которых может быть произведено следственное действие - допрос таких граждан в качестве свидетелей или в качестве подозреваемых в причастности к совершению именно тех преступных действий, которые входят в предмет доказывания (предмет расследования) по конкретному уголовному делу. Уточним, что допрос гражданина в качестве обвиняемого возможен (допустим) только и исключительно только после привлечения такого гражданина в качестве обвиняемого по данному уголовному делу. Правомерность действий следователя при осуществлении привлечения лица в качестве обвиняемого (предъявление обвинения) является таковой только в том случае, если все эти действия следователя соответствуют требованиям, предусмотренным законом.

Отсюда, первое правило принципа законности уголовного процесса (правила правомерности действий следователя): следователь вправе (ему дозволено) совершать только те действия и принимать только такие решения, которые предписаны (дозволены) ему законом. Никто, кроме следователя не вправе выполнять эти действия и принимать эти решения, отнесенные законом к исключительной компетенции следователя, принявшего данное уголовное дело к своему производству и осуществляющего его расследование.

В первой публикации мы ограничимся только следующей ситуацией – действиями следователя, производящего допрос по уголовному делу, и поведением лица, привлекаемого следователем к допросу. Для упрощения правовой природы взаимоотношений следователя, производящего допрос, с допрашиваемым лицом, мы сократим ссылки на законы (законодательные установления) и подлежащие применению нормы закона, регламентирующие критерии оценки действий следователя и лица, в отношении которого следователь производит допрос, как правомерных или неправомерных.

Это озаглавлено нами, как тематика настоящей публикации.

Итак, во-первых, действия следователя будут правомерными при условии, что следователь производит допрос, как следственное действие, в строго установленных уголовно-процессуальном законом порядке и процедуре.

Например, уголовно-процессуальным законом ограничены правомочия следователя по допросу любых лиц по усмотрению следователя. В уголовно-процессуальном законодательстве предусмотрены лица, допрос которых не допускается по волеизъявлению следователя. Запрещён допрос судьи по делу, которое рассматривалось данным судьёй по существу. Или, допрос в качестве свидетеля адвоката защитника будет ограничен вопросами только об обстоятельствах, содержащих информацию о допущенных органами расследования нарушений закона по конкретному уголовному делу, в котором данный адвокат оказывал юридическую помощь. Ходатайство о допросе адвоката и дать согласие на допрос своего адвоката (бывшего) может только подзащитный этого адвоката. В любом случае, этот адвокат не вправе свидетельствовать во вред интересам своего клиента (бывшего). Аналогично, адвокат защитник не вправе совершать и иные действия вопреки законным интересам своего подзащитного. Нам встречались попытки оправдать действия адвоката защитника вопреки желанию своего подзащитного. По нашему мнению, адвокат защитник вправе отказаться от исполнения пожеланий своего подзащитного только в том случае, если эти пожелания явным образом не связаны с функцией защиты и противоречат закону (направлены на совершение незаконных действий или потворству совершения незаконных действий). Адвокат не может изобличать своего клиента ни при каких обстоятельствах, поэтому обязан отказаться отвечать на такие вопросы.

Возвращаясь к допросу граждан в качестве свидетеля, отметим, что отказ от дачи показаний на допросе, а равно дача заведомо ложных показаний влечёт уголовную ответственность свидетеля, о чём свидетель должен быть до начала допроса предупрежден. О выполнении следователем этих действий делается отметка в протоколе допроса, удостоверяемая подписями следователя и лица, допрашиваемого в качестве свидетеля. Свидетель вправе знать (узнать), в связи с чем он (свидетель) вызван для допроса. Закон освобождает свидетеля от дачи показаний в отношении самого себя и своих близких родственников, круг которых определён законом. Практике известны случаи, когда допрос лица в качестве свидетеля, фактически, являлся допросом подозреваемого в совершении преступления. Поскольку, разобраться в этом не всегда просто, а вопросы следователя могут быть «туманными», гражданам рекомендуется участвовать в допросе с участием своего адвоката, который способен выявить подобные уловки следователя и принять меры к недопущению этих и иных противоправных действий следователя впредь.

Необходимо признать, что столь явные дефекты в производстве допроса со стороны следователя встречаются не так часто, но, к ним надо быть заранее подготовленными, чтобы не растеряться от неожиданности. В любом случае, в подобной ситуации рекомендуется избегать конфликта и ни в коем случае «не выставлять следователя дураком», что на практике тоже встречается. Ещё раз напомним о психологии допроса, при участии в котором допрашиваемому лицу целесообразно сохранять самообладание, ибо не всегда очевидно, кто ведёт себя неправомерно – следователь или допрашиваемое лицо, или адвокат допрашиваемого лица. Критических замечаний по этому поводу можно высказать много и не по одному уголовному делу. Например, мы категорически не советуем явно препятствовать следователю в производстве допроса и реализации тактики допроса (следователей специально к этому готовят). Какое-либо воспрепятствование законным (правомерным) действиям следователя – худшее планирование защиты в любом случае. Здесь в основу выбора поведения допрашиваемого лица нами рекомендуется положить предварительное юридически правильное уяснение предмета предстоящего допроса (хотя следователь не заинтересован в том, чтобы допрашиваемый и/или его адвокат выяснили эти обстоятельства ранее того, как о них сообщит сам следователь). Опытный адвокат предварительно может выяснить, по какой статье уголовного закона возбуждено уголовное дело (чтобы оформить ордер), эта информация позволит понять, в каком процессуальном статусе и о каких обстоятельствах планируется допрос данного лица, показания которого адвокат сможет аккуратно корректировать по ходу допроса, даже если следователь попытается ограничивать адвоката во времени общения с допрашиваемым лицом до начала допроса (а равно, в ходе допроса посредством дачи кратких консультаций). Кроме того, допрос не может продолжаться непрерывно более 4-х часов без перерыва, а в течении дня – не более 8 часов. Задача адвоката состоит в том, чтобы суметь донести до своего клиента максимум своевременных рекомендаций в минимальное время.

Сказанное позволяет ответить на главный вопрос – какие действия (решения) следователя и, соответственно, допрашиваемого лица (его адвоката) можно расценивать, как правомерные (эффективные) или, напротив, неправомерные (в логике это противоположные, взаимоисключающие понятия «либо либо»).

По закону, допрашиваемое лицо, в отличие от следователя, вправе давать показания и совершать любые действия, не запрещенные законом. Как говорят адвокаты, допрашиваемому сложно не давать правдивые показания и избегать ложных показаний, особенно, если сам допрашиваемый, каким-то образом, причастен к тому преступлению, об обстоятельствах которого производится допрос. Внешне реакции допрашиваемого позволяют следователю задавать вопросы, вытекающие из показаний допрашиваемого (реже, из рекомендаций адвоката, который совершит ошибку, если будет подсказывать – этого не надо говорить, скажи по-другому и пр.). Но, даже в такой сложной ситуации можно предложить (не более, чем альтернативно) следующую рекомендацию: чтобы не давать показаний, нужных следователю по результатам допроса лица в качестве свидетеля, он должен находиться в процессуальном статусе лица, наделенного правом не давать показаний в отношении себя самого и своих близких родственников. Таким лицом всегда является подозреваемый и, как разъяснил Конституционный Суд РФ, даже формальное непризнание допрашиваемого лица подозреваемым, не лишает такое лицо прав фактически подозреваемого в совершении преступления. За этим должен следить адвокат. В этой ситуации надлежит определиться с правовой позицией защиты – либо признать допрашиваемое лицо фактически подозреваемым (например, исходя из характера вопросов следователя – где находился допрашиваемый в момент совершения преступления или имеется ли у допрашиваемого конкретное оружие, которым совершено причинение вреда здоровью или убийство). Либо дать показания, с одной стороны, не являющиеся заведомо ложными, с другой стороны, не содержащие бесспорной конкретики (ведь допрашиваемое лицо может не знать, забыть и т.п., эту конкретику). Нами не рекомендуется такая «игра со следователем», содержащая риски ухудшения положения лица, так как в ходе его допроса следователь получает основания для задержания такого лица, в отношении которого усматриваются признаки соучастия в форме сокрытия обстоятельств преступления, особенно, если допрашиваемое лицо и лицо, совершившее преступление, хорошо знакомы между собой, поэтому, по мнению следователя, допрашиваемое лицо может сокрыть эти обстоятельства.

В любом случае, по смыслу закона, такое поведение допрашиваемого лица не может признаваться абсолютно правомерным. Всё зависит, как сказано выше, от особенностей конкретного преступного поведения (признаков деяния).

… … … … …

(обсуждение затронутой проблематики будет продолжено)